Председатель Союза журналистов России: труднее всего сейчас приходится печатным СМИ

ГАзеты by .
Председатель Союза журналистов Владимир Соловьев ответил на эти вопросы, а также рассказал еженедельнику «Аргументы недели» о том, как печатные СМИ выживают в условиях пандемии, информирует «Тихоокеанская Россия», ТоРосс.

- Эпидемия коронавируса усугубила непростое положение большинства российских СМИ, особенно региональных. Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию на медиарынке? И как помогаете журналистам справляться с возникшими проблемами?

- Странный и страшный год мы с вами переживаем. Такое случается раз в сто лет, коронавирус обрушил все планы. Перед нами, как, по сути, исследовательского центра журналистики, возникли первостепенные задачи. Во-первых, понять, что происходит с отраслью, и, во-вторых, всеми силами постараться её защитить. Наша команда ИНФОРУМов во главе с Юлией Загитовой провела масштабное исследование. Кстати, в этот второй вирусный пик хотим его повторить. Участие приняли более шестисот СМИ, в основном печатных, из всех регионов страны. Выводы достаточно печальные: рекламный рынок упадёт на тридцать-сорок процентов, многие медиа не переживут этот кризис. Ведь СМИ, как люди, рождаются, живут и, к сожалению, умирают. Многие коллеги потеряют работу.
Я, как эксперт комитета Госдумы по информационной политике, выступил на заседании с итогами нашего исследования. Мы стали чётко осознавать, что нужно добиться помощи правительства. Поэтому совместно с Национальной ассоциацией телевещателей, которую возглавляет Эдуард Сагалаев, решили направить письмо главе кабинета Михаилу Мишустину с просьбой включить СМИ в перечень наиболее пострадавших отраслей.
26 марта вышло постановление правительства, в котором СМИ оказались в списке наиболее пострадавших отраслей. После этого пошла большая помощь, более тридцати тысяч средств массовой информации получили помощь – от журнала «Мурзилка» до телеканала «Дождь». Из тех, кто имел право, по бюрократическим причинам не смогли всего триста, это лишь один процент. Больше двух месяцев мы составляли списки СМИ, разбирали подробно каждый конкретный случай, пытались помочь, внести корректировки в свидетельства о регистрации. Были задействованы все наши восемьдесят пять региональных отделений. Полученная помощь спасла сотни СМИ от финансовой гибели.
Самый трудный период был весной, когда мало кто понимал, каковы перспективы, возникла паника. Ближе к осени руководители СМИ уже выработали план, как справляться с экономической ситуацией. Тем не менее обстановка по-прежнему напряжённая. Более четырёхсот журналистов по всему миру скончались от коронавируса, у нас уже свыше пятнадцати. Многие коллеги продолжали работать, несмотря на болезнь. Некоторые корреспонденты надели защитный костюм и вошли в красную зону – это почти как поехать на войну. Я не раз ездил туда, где идут боевые действия, и понимаю, как непросто из мирной жизни, где работают магазины, рестораны, шагнуть туда, где рвутся снаряды и умирают люди, где можно очень легко погибнуть. Здесь та же самая ситуация.
Вообще труднее всего сейчас приходится именно печатным СМИ. Ко мне даже обратились с просьбой вмешаться в ситуацию с крупными торговыми сетями, которые стали выбрасывать с полок газеты и журналы. Оставляют только московский глянец и некоторые центральные СМИ, а районные или вообще не берут, или кладут вместо них картошку с мандаринами. Печатную продукцию нужно непосредственно держать в руках, а сейчас все боятся до чего-то дотрагиваться, бесконечно руки протирают. А ситуация и так на грани, ведь чаще всего газеты читают люди старше шестидесяти пяти лет, а они сейчас в основном сидят дома и смотрят телевизор. Как помочь? Нам пришла мысль постараться вернуть печатные СМИ в список товаров первой необходимости. Они были в этом списке, но исчезли через сутки по непонятным причинам. Я выступил с этой темой на форуме Торгово-промышленной палаты, с которой давно плотно работаем. Мы вместе с Сергеем Катыриным две недели назад написали соответствующее письмо председателю правительства Михаилу Мишустину. Ждём ответа.

- Владимир Геннадьевич, как известно, подписан указ об упразднении Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, Роспечати. По вашему мнению, удастся ли в рамках министерства цифрового развития сохранить существующую систему поддержки СМИ, в том числе распределение грантов и субсидий? Или это окончательно уйдёт в прошлое, а помощь будет уже не такой, как раньше?

- Начну немного издалека. Михаила Мишустина можно назвать блестящим управленцем. В своё время он сделал налоговую службу лучшей в мире. Не случайно президент его назначил председателем правительства. Сейчас Михаил Владимирович спокойно, аккуратно, без лишнего шума переделывает всю систему управления страной.
Первыми в списке ликвидируемых структур действительно оказались «Роспечать» и «Россвязь». «Россвязь» занималась в основном раздачей частот. С «Роспечатью» мы работали вместе много лет. Там большое количество прекрасных специалистов в нашей области, уверен, они останутся на своих местах. Возможно, даже в тех же кабинетах. Многие из них участвовали во всех форумах Союза журналистов и подробно разжевывали региональным СМИ, как оформлять гранты и как за них отчитываться. Таких людей нельзя терять.
Я сам вхожу в комиссию «Роспечати», которая каждый год распределяла помощь, субсидии правительства печатным изданиям. Это огромные суммы, порядка полумиллиарда рублей. В этом году деньги получили более семисот газет и журналов. Многие из них на национальных языках. И только благодаря поддержке они выживают. Убеждён, всё это останется в рамках уже министерства цифрового развития.

- В девяностые журналисты не только в России, но и во многих странах мира активно избирались депутатами, шли во власть. Сейчас такое, по крайней мере в нашей стране, не наблюдается, лишь единичные случаи. Чтобы защищать свободу слова подобное необходимо? И журналист во власти – это хорошо или плохо?

- Каждый сам решает, где ему интереснее. Говорят, раз в пять лет полезно менять работу, чтобы не остаться в законсервированном виде. Я бы не сказал, что мало журналистов идут во власть. В регионах это распространённая практика, когда самых лучших и опытных забирают в региональную власть. Не вижу ничего плохого. Если человек проработал как профессиональный журналист много лет, получил огромный опыт, общался с людьми, он знает ситуацию изнутри и по-другому будет смотреть на обязанности чиновника.

- Немножко о самой власти. Не так давно политолог Евгений Минченко заявил о том, что качество бюрократии, прежде всего российской, к сожалению, снижается, потому что падает средний интеллектуальный уровень. Многие эксперты говорят о том, что чиновники, особенно региональные, сейчас слабее по своим профессиональным качествам, чем это было десять-двадцать лет назад. Так ли это, на ваш взгляд?

- Да, меняется поколение, в том числе и поколение чиновников. Уходят те, кто был воспитан в старой школе ещё в Советском Союзе. Тогда уровень подготовки был серьёзный. Строгая карьерная иерархия, проверки качества работы. После случившихся перемен упало качество образования, подготовки кадров. Многие чиновники не знают, что у нас есть законы о печати, что есть статья о воспрепятствовании работе журналистов, приходится им объяснять. Тем не менее, много общаясь с региональными чиновниками высшего уровня, хочу сказать, что нынешняя когорта молодых губернаторов очень хорошо подготовлена. Постепенно всё станет ещё лучше. В том числе благодаря той модернизации, которую задумал председатель правительства.

- Эксперты в области искусственного интеллекта всерьёз заявляют, что буквально через два-три года роботы смогут за секунды генерировать абсолютно актуальный и неотличимый от человеческого труда текст в любом количестве. Если это произойдёт, издатели смогут просто пользоваться лицензионными алгоритмами, текстами, которые будут создавать машины. Это может привести к тому, что профессия журналиста, как и копирайтера, корректора безвозвратно исчезнет. Если такая перспектива есть, когда это может стать реальностью?

- Не думаю, что стоит хоронить профессию журналиста. Действительно происходят невероятные изменения в технологиях, роботы пишут новости, искусственный интеллект Яндекса уже решает, какую новость поставить первой, хотя что-то там можно и подкрутить. Тексты, написанные искусственным интеллектом, побеждают на каких-то конкурсах, и это всё идёт по нарастающей. Я понимаю, что, наверное, уже скоро будут не востребованы такие журналистские профессии, как, например, райтер в агентстве, потому что просто переработкой новостей могут заняться роботы. Но творческое осмысление, съёмки телевизионной группы непосредственно на месте событий или прямые эфиры – вряд ли в ближайшие годы и даже десятилетия это потянут машины.

- То есть останутся только репортёры, расследователи, может, журналисты-аналитики?

- Многие газеты сейчас перешли на еженедельный формат, так как не успевают гнаться за соцсетями, да это и бесполезно. А вот когда раз в неделю приходит газета более толстого объёма с осмыслением и оценкой событий – это нравится читателям. Тиражи таких СМИ кое-где даже растут, хотя в основном такое происходит в США.

- Ещё одна проблема современных медиа – это недостоверные новости, фейк-ньюс. В эпоху, когда источником новости, ньюс-мейкером может быть каждый человек, все друг друга обвиняют в создании лживой информации. Можно ли навести порядок в этом информационном хаосе?

- Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Согласно социологическим исследованиям, сегодня невероятно возросло доверие аудитории к официальным СМИ. Это произошло как раз на фоне фейков о коронавирусе. Мы с вами знаем, что плохие новости продаются лучше, чем хорошие. И вот весной началось! Нам рассказывали, что летают вертолёты и чем-то опрыскивают, что заваривают подъезды и жители не могут выйти на улицу… А индусы вообще показали на своём канале львов, гуляющих по улице, и сказали, что Путин выпустил пятьсот львов на улицы Москвы, чтобы люди боялись покинуть дома.
Из-за этой лавины фейк-ньюс люди непроизвольно стали больше обращать внимание на официальные СМИ. Настоящего журналиста в отличие от блогера или обычного гражданина, которые ни за что не отвечают, учили обязательно проверять информацию. Нужно сохранить полученный уровень доверия. Все в мире понимают, что если лавину недостоверных новостей не остановить, пустить на самотёк, через какое-то время люди вообще перестанут понимать, где правда, а где ложь, возникнет хаос, который может привести к ядерной войне и уничтожения человечества. В начале создания мира было слово, и в конце этого мира тоже может быть слово, а именно фейк-ньюс.

- Не стоит забывать и об информационных войнах. С появлением соцсетей общество раскололось по разным направлениям. К примеру, появились так называемые масочники и антимасочники. Недавно в Петербурге человека лишили жизни за просьбу надеть маску. В чём причина такой поляризации среди людей?

- Понятно, что в последние полгода напряжённость в обществе возникает из-за страха. Это не только у нас, а во всём мире. Страх перед вирусом, перед тем, что он явно вызовет экономический спад, потерю рабочих мест. Мы видим, как люди кидаются друг на друга из-за ерунды, бесконечно ругаются и даже дерутся. Нервозность повышена. Да, мы находимся в состоянии информационной войны или даже нескольких информационных войн. В ближайшие годы, увы, наверное, ситуация не улучшится.
Пресса, конечно, должна нести разумное, доброе и вечное, должна налаживать гармонию в обществе. Но, как мы уже говорили, плохие новости продаются лучше. Если по одному каналу показывают какую-то катастрофу, а по другому – открытие завода, то человек, который листает каналы, остановится на первом варианты. Так устроена человеческая психология. Все понимают, что, если говорить только о хорошем, упадёт рейтинг. А значит, прибыль компании, зарплаты сотрудников. Ужасное несоответствие желаемого и действительного. Нужно стремиться к какому-то сочетанию, чтобы и о хорошем поговорить, и зритель не ушёл, но это не так просто.

- Если всё-таки пандемия не закончится в будущем году, какие проекты, мероприятия под эгидой Союза журналистов точно состоятся?

- Несмотря ни на что Союз журналистов продолжит выполнять свою главную функцию – следить за состоянием отрасли и защищать журналистов. Ещё весной мы запустили Центр правовой защиты журналистов, который сейчас активно работает. Также появился сайт мониторинга нарушений прав журналистов. Причём, на шести языках. Если не получится провести в январе церемонию награждения «Золотое перо», перенесём её на весну. И, конечно, большие надежды на двадцать пятый, самый большой в мире журналистский форум современных СМИ «Вся Россия». Также много идей по международному сотрудничеству. Главное – пережить предстоящие тяжёлые месяцы. Желаю всем коллегам не только творческих успехов, но и мощнейшего иммунитета, который всем нам так нужен.

Похожие записи


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>