Юрий Авдеев: Находятся у нас и те, кто считает Дальний Восток обузой для страны…

Авдеев by .
В конце прошлого года «Тихоокеанская Россия», еженедельник «Аргументы неделi. Приморье» и агентство «Восток-Медиа», отмечая 380-летие Тихоокеанской России (выхода русских землепроходцев к берегам Великого океана), собрали экспертов – учёных, представителей академической, вузовской и прикладной науки, специалистов обсудить итоги многовековой колонизации и перспективы сохранения за метрополией громадной территории Тихоокеанской России. Одним из участников состоявшегося разговора стал ведущий научный сотрудник лаборатории социальной и медицинской географии Тихоокеанского института географии ДВО РАН кандидат экономических наук Юрий Авдеев. «Наш регион остаётся лакомым куском, освоение природных кладовых сулит немалые выгоды, то есть, колонизаторской подход к развитию региона сохраняется неизменным», – подчеркнул он, обращаясь к собравшимся. Сегодня Ю.А. Авдеев продолжает тему, информирует «Тихоокеанская Россия», ТоРосс.

где начинается страна by .
В качестве эпиграфа сошлюсь на высказывание нашего современника, известного общественного деятеля и философа, главного научного сотрудника Института философии Российской Академии наук в 1993-2005 годах Оле́га И́горевича Генисаре́тского: «Неопределённость и известная слабость нашего национального самосознания идёт не столько от недостатка мыслительного материала или нерадения его носителей, сколько от широты очерченных нашими предшественниками ценностных и проблематических горизонтов, от разнообразия оставленных ими для наших усилий-замыслов и задач».

Президент России последовательно реализует предречённое предками направление развития страны: «богатство будет прирастать Сибирью», и именно отсюда будем «владеть Востоком». Города Дальнего Востока называли именами первооткрывателей, царствующих особ, адмиралов, учёных, а пост на берегу безлюдной бухты на юге вдруг – Владеть Востоком. Каким Востоком? Или «владеть» – это чтобы распродать национальные богатства? Дано ли нам понять, какое будущее зашифровано в посланиях прошлого, способны ли мы реализовать их так, чтобы потомки могли гордиться нами?

Проблема и главное направление удара

С одной стороны, происходит «исторически беспрецедентный по масштабам и скорости сдвиг центра мировой экономики и политики в «новую Азию»: в её восточные, юго-восточные регионы», отмечают участники Валдайского клуба. А с другой, российский Дальний Восток становится всё безлюднее, насчитывая едва ли более 8 миллионов жителей, тогда как в радиусе лишь одной тысячи километров от Владивостока сосредоточено более 300 миллионов человек. И эта тенденция сохраняется вот уже 30 лет. Прилагается немало усилий, чтобы её переломить, но пока это не удается.

Находятся и те, кто искренне считает Дальний Восток обузой для страны, от которой стоит отказаться. И это уже не Аляска, не Курильские острова. Это более 7 миллионов квадратных километров суши и 5,5 миллиона квадратных километров морского пространства в национальных границах. В купе это больше территории США или Китая.

Озабоченность Президента понятна, он посылает своему окружению сигналы: Дальний Восток – приоритет на весь ХХI век, пытается осуществить разворот на восток, даёт задание подготовить Национальную программу развития региона, но в её нынешнем исполнении это ближе к числу десятка нереализованных документов предыдущих лет.

Придать динамику развития региону можно только при условии иного подхода к Дальнему Востоку: не как к окраинной территории, которая нуждается в экономической поддержке федерального центра, преференциях, создании привлекательных условий жизни, а как переднего края взаимодействия России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Не пристраиваясь к уже сложившимся торгово-экономическим альянсам, главным образом, в качестве поставщика сырья, а ориентируясь на создание зон совместной деятельности в тех сферах, где российские позиции оказываются наиболее сильными, в чём нуждается большинство стран, где можно налаживать кооперацию и специализацию на уровне национальных экономик.

С этих позиций в Национальной программе развития Дальнего Востока важно найти адекватные ответы на три взаимосвязанных вопроса: в чём содержание долгосрочной стратегии Дальнего Востока (макрорегиона), как оптимизировать пространственную организацию жизнедеятельности людей, и как остановить миграционный отток и обеспечить рост численности населения. Ответив на них, у России появится шанс преодолеть вялотекущие экономические и социальные процессы за счёт ускоренного развития Дальнего Востока и формирования интеграционных связей со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. И не столько путём расширения торговых связей, сколько последовательно создавая зоны совместной деятельности в тех сферах, где у страны сохраняются технологические преимущества, высок международный авторитет.

Цели сформулированы

Цели Национальной программы сформулированы амбициозно: обеспечить 6-процентный рост ВРП в год; прекратить отток населения; достичь параметры качества жизни выше среднероссийских; нарастить товарооборот и инвестиционное сотрудничество с сопредельными странами. Исходя из сложившихся тенденций и существующих подходов, следует признать, что цели недостижимы, что, впрочем, подтверждает дополненная и переработанная программа, которую одобрило российское правительство и которая вот уже больше месяца лежит на столе президента.

В активе освоения востока России было время, когда население увеличилось в пять раз: Комсомольск-на-Амуре и Находка, Арсеньев и Советская Гавань, выросли Владивосток и Хабаровск. В новейшей истории тоже есть примеры: за счёт частной инициативы и энтузиазма дальневосточников уровень автомобилизации региона возрос на порядок, в кратчайшие сроки построены мосты, обеспечен достойный приём глав ведущих экономик АТЭС.

Стагнацию последних десятилетий в стране можно преодолеть только путём ускоренного развития тихоокеанского побережья, за счёт концентрации ресурсов на приоритетных направлениях, формируя принципиально новые интеграционные связи со странами АТР в тех сферах, в которых у России сохраняются лидерские позиции и достаточно высок мировой авторитет. Нужен масштабный ответ на современные вызовы, что возможно только обеспечив мощный прорыв.

Прорыв – ключевое назначение Национальной программы, требующее объединения усилий государства, бизнеса и населения. Но консолидация возможна, когда участникам не только понятны цели и задачи долгосрочного развития, но и последовательность реализации на десятилетия вперёд тех конкретных шагов, которые должны быть сделаны сегодня, завтра и потом. Необходимо ясное понимание содержания приоритетов, стратегии выхода на равноправное партнёрство с «азиатскими тиграми», ведущими мировыми экономиками. Именно так можно обеспечить такой уровень жизни, чтобы сюда приходилось не заманивать «бесплатными» гектарами, а по конкурсу выбирать лучших из желающих жить и работать здесь.

Выбор пути

Одно дело, когда Дальний Восток продолжает расширение ресурсного освоения, и экспорт сырья с низкой добавленной стоимостью, специализируется на транзитных функциях, обслуживающих экономики других стран, и другое, если природные ресурсы и транспортная инфраструктура на основе национального потенциала страны (финансы, технологии, квалифицированные кадры) «работают» на новую индустриализацию региона, втягивая в неё экономики стран АТР.

Сегодня даже самые развитые страны не способны удовлетворять потребности за счёт собственных возможностей. Американцам нужна Россия, чтобы доставлять своих астронавтов на околоземную орбиту. Для освоения энергетических ресурсов Мирового океана требуется объединение усилий. Прогнозы погоды и оценки урожайности, стихийные бедствия и лесные пожары, телекоммуникации и связь, освоение космоса – задачи, которые можно решать только объединяя усилия многих стран. В этом смысл глобализации. Непреодолимым препятствием являются конкуренция и соперничество. Рыночные механизмы выполняли свои функции, когда один товаропроизводитель на свой страх и риск тачал сапоги, а другой – выпекал хлеб и нёс его, чтобы обменять на сапоги. Нынешние масштабы производства, товарные потоки и риски создают неопределённости на рынке, а санкции становятся важнейшим инструментом решения проблем. Противостоять такому «взаимодействию» можно только за счёт последовательного выстраивания отношений совместных действий без покушения на суверенитет участвующих в этом стран, и достижения результатов, в которых заинтересованы все.

Почему Россия?

Миссия России – сформировать принципиально новую интеграционную платформу, где товарно-денежные отношения будут выполнять не более чем учётную функцию, а главным станет реализация планетарных проектов, в основе которых будет разделение труда, специализация, совместное использование природных ресурсов, интегральные энергетические сети, единая технологическая база, регулируемые инвестиционные потоки, эффективные организационные и управленческие структуры. В Европе для России такие перспективы деформируются политической конъюнктурой, ей бы самой разобраться в своей ориентации. В Азии же через Восток России такое объединение возможно. Площадка Восточного экономического форума – это начало формирования принципиально новой интеграционной повестки для АТР. К этому нас мягко и деликатно пытаются подвигать его азиатские участники: определитесь, что вы сами хотите здесь сделать. И с этих позиций понимание, каким Востоком нам завещано владеть, обретает вполне конкретное содержание. Думая о будущем, объясняя, откуда появляются те или иные идеи, полезно иногда возвращаться к началу, чтобы понять, что является источником развития, при каких условиях это развитие случается. И для этого есть достойный повод.

С чего всё начиналось

В 2019 году исполнилось 380 лет с момента выхода русских к Тихому океану. Иван Москвитин с небольшим отрядом казаков открывает историю Тихоокеанской России. На протяжении двух столетий главным городом, «столицей» был Охотск, который в период расцвета (1833) насчитывал 1100 жителей. Отсюда начиналось освоение тихоокеанского побережья от Чукотки до Курил, от Аляски до Калифорнии. Многое из того, что делалось на востоке страны, осуществлялось по распоряжениям из Центра (вплоть до «высочайшего повеления» на открытие «навигатской школы», чего В. Берингу пришлось ждать целых два года). Но инициативных решений, которые принимались на месте, было гораздо больше. Благодаря энтузиазму и настойчивости тех, кто брал на себя риск на месте, коренным образом менялось представление о регионе (известный подвиг Г.И. Невельского), состоялись многие открытия, и Россия прирастала новыми землями.
Особенно интересен пример, как принималось решение по поводу «главного порта» на тихоокеанском побережье России. С неудобством расположения центра управления огромной территорией в Охотске приходилось мириться долгих два столетия, которое преодолели, перенеся его в Петропавловск-Камчатский. Как писал в 1849 году генерал-губернатор Н. Муравьев-Амурский через два года после назначения на должность: «Я много видел портов в России и Европе, но ничего, подобного Авачинской губе, не встречал; Англии стоит сделать умышленно двухнедельный разрыв с Россией, чтобы завладеть ею, и потом заключить мир, но уже Авачинской губы она нам не отдаст…». Перенос «столицы» из Охотска в Петропавловск, попытка англо-французской эскадры завладеть городом и героическое отражение нападения русскими моряками подтвердили ценность данного места, но вместе с тем выявили риск не удержать его в случае повторения атак. Поэтому уже в апреле-мае 1855 года главная военная база и население города были эвакуированы в Николаевский пост. Благодаря фанатической настойчивости Г.И. Невельского земли в нижнем течении Амура, побережье и Сахалин к тому времени стали российскими. За три года военный пост превратился в город Николаевск, крупнейший порт Дальнего Востока России, с населением в 1757 человек, заводом по ремонту и сборке кораблей. По Амуру начали ходить пароходы, сюда приходили торговые корабли из-за рубежа. В это же время продолжалось продвижение на юг, и через десять лет, после захода в бухту Золотой Рог и организации на её берегах будущего города, наречённого «Владеть Востоком», сюда из Николаевска переходит главный порт российского Дальнего Востока. А в апреле 1880 года столица Приморской области переезжает из Николаевска в Хабаровку. Но с Владивостоком не всё так просто, даже пафосное название не стало препятствием: с ним конкурируют Посьет, бухта Новгородская, бухта Ольга. На какое-то время даже отдано предпочтение Порт-Артуру и Дальнему на Квантунском полуострове. И все же притягательность полуострова Муравьева-Амурского оказалась настолько сильной, что даже совсем недавнее решение президента о переносе сюда столичных функций как центра управления территорией Дальнего Востока (включая Забайкалье) не вызвало вопросов.

Насколько бесспорно принятое решение

Решение о переносе функции управления огромной территорией, сопоставимой с Австралией, по существу, на периферию, принятое молниеносно на самом высоком уровне, должно было иметь очень сильную мотивацию. Если вспомнить, что это происходило в период затянувшейся избирательной компании глав субъектов федерации, то любые аргументы из области истории, географии, экономики или управления оказались вторичными, или малозначимыми. А что же было решающим?

Инвестиционную привлекательность Приморья сравнивали с Хабаровским краем, хотя по этому критерию Сахалин или Якутия намного предпочтительнее. Весомыми аргументами стали проекты Дальневосточного федерального университета, судостроительного комплекса «Звезда», «Русагро», Находкинского завода минеральных удобрений, и даже идея будущего научно-технологического и инновационного кластера на острове Русский. Да, что-то здесь уже есть, но и в других субъектах федерации жизнь не стоит на месте, только какое всё это имеет отношение к функции управления Дальневосточным федеральным округом?

Самым «убедительным» аргументом в пользу Владивостока стала площадка Восточного экономического форума, в котором участвуют первые лица стран Азиатско-Тихоокеанского региона, ведущие мировые компании. Но в повестке форума всё же преобладает международная тематика, тогда как в Хабаровске, было время, проходил Дальневосточный экономический форум, где, в том числе и с участием иностранцев, преимущественно обсуждались проблемы федерального округа.

«Форпост» России – клише Владивостока, которым балуют и сегодня. В условиях «закрытого» города это было оправданным, соответствовало его функциям. Но время ныне другое, город скоро 30 лет как открыт, к нему тянутся туристы и политики. Более двух десятков иностранных консульств, международные компании, форум АТЭС, международный кинофестиваль…, теперь его именуют «восточными воротами» России, что как-то разрушает аргументы в пользу переноса «столицы». Пётр Первый рубил окно в Европу, а «ворота» в «центре» макрорегиона, это даже не форпост, а что?

Восточная столица России

Дивиденды Владивостоку – «столице» Дальнего Востока – законодательством не предусмотрены, в управлении федеральным округом будет больше проблем, чем решений, которые потребуется героически преодолевать. Вместо ускорения такое решение будет порождать новые издержки и потерю времени. Рядом с нами ещё недавно приграничные деревушки на северо-востоке Китая превращаются в динамично развивающиеся города, которые реально позиционируют себя на равных с нашими «самыми крупными» городами. Центральный город китайской провинции Хэйлундзян Харбин за последние годы вырос в многомиллионный город. Из 10 крупнейших мировых агломераций 7 находятся в Азии. Поэтому постановка вопроса о Мировом городе на востоке России, не фантазия и не теоретические домыслы – это национальный престиж, приоритетная задача Национальной программы развития Дальнего Востока. У России должен здесь быть город в одном ряду с Токио и Сеулом, Харбином и Далянем, Сингапуром и Шанхаем. На западе страны – Москва-Санкт-Петербург, на востоке должны быть Владивосток-Хабаровск.

На восток от Красноярска нет ни одного города с населением в миллион жителей. Вместе Владивосток и Хабаровск немногим более миллиона. Не конкурировать, а сотрудничать, специализируясь на функциях, определяемых данным местом. Функции, которые каждый из них выполняют, масштабные и ответственные: один координирует и синхронизирует действия всех субъектов федерации Дальневосточного федерального округа, являясь центром Дальнего Востока, другой специализируется на расширении коммуникаций России и Европы со странами АТР, выполняя роль Восточной столицы России – Тихоокеанской России. Один выполняет роль социально-экономической столицы крупнейшего федерального округа страны, другой – политической столицы России во взаимодействии со странами азиатского континента. И в этом ответ на вопрос: каким Востоком владеть завещали предки.

Признаки Мирового города

Главными критериями Мирового, или глобального города, являются: относительно высокая численность населения; место концентрации штаб-квартир крупных транснациональных компаний, международных организаций; мировой финансовый центр; центр обрабатывающей промышленности; крупный транспортный и коммуникационный узел международного значения; высокоразвитая сфера деловых услуг.

На данный момент ни Владивосток, ни Хабаровск не отвечают ни одному из этих критериев, как, впрочем, им не отвечают и более крупные города России. Одним из главных конкурентных преимуществ Владивостока-Хабаровска является их экономико-географическое положение: многие мировые центры находятся к ним ближе, чем к Москве и С.-Петербургу: Сан-Франциско, Токио, Сеул, Пекин. В XXI веке конкуренция между странами – это конкуренция между городами. По прогнозам ООН к 2050 году 66% населения планеты будут жителями городов и агломераций. Из 28 мегаполисов мира 16 находятся в Азии. А есть ли сегодня в стратегических планах Министерства, которое отвечает за наш регион, хотя бы попытки движения в этом направлении? Но, формулируя таким образом цель, потребуется решить ряд первоочередных задач:

 Определить границы Владивостокской агломерации, решив вопрос о включении в неё части акватории.
 Наделить территорию статусом субъекта Федерации, разграничив функции между Приморским краем и Владивостокской агломерацией (изменив подход к административно-территориальному делению Дальневосточного макрорегиона).
 Разработать и принять на уровне федерального закона Стратегию социально-экономического развития нового субъекта Федерации до конца столетия, выделив этапы, на каждом из которых последовательно реализуются конкретные проекты.
 Разработать Генеральный план развития Владивостокской агломерации на основе Стратегии на период до 2050 года, ориентированный на пространственное градостроительное развитие этой территории с формированием современной инфраструктуры её экономики.
 Систематизировать международную и скоординировать внутреннюю деятельность на решении первоочередных задач по развитию сухопутной, береговой и морской инфраструктуры, обеспечивающей привлекательность территории для экономической деятельности и проживания (имея в виду бесшовную связь с внешним миром, инвестиционную привлекательность, направленность на эффективность развития экономики, портов, транспорта и логистики, создание производств, связанных с освоением Мирового океана…).
 Для решения указанных задач сконцентрировать финансовые ресурсы всех уровней, включая действующие преференции, предусмотренные федеральными законами о ТОРах, Свободном порте Владивосток, «Дальневосточном гектаре» с разработкой новых экономических инструментов поддержки инфраструктурного и территориального развития.
 Разработать и внедрить на территории Владивостокской агломерации специальный закон об особом миграционном режиме, позволяющим получать гражданство любому инвестору, который «вписывается» в планы развития территории.
 Важнейшим условием формирования города Мирового уровня на российском Дальнем Востоке является тесное взаимодействие Владивостока и Хабаровска, каждый из которых специализируется на выполнении определённых функций, исключающих конкуренцию между ними, и усиливающие друг друга согласованными действиями. Хабаровск ориентирован на выполнении функции центра Дальневосточного федерального округа, координируя социально-экономическую деятельность всех субъектов федерации, здесь же размещается головной офис Министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики (с филиалами в Москве и в каждом из субъектов ДФО). Владивосток выполняет функцию центра международных коммуникаций России, европейских стран со странами Азиатско-Тихоокеанского региона (с размещением восточной резиденции Президента России, его полномочного представителя и азиатского направления Министерства иностранных дел), консульских и культурных организаций стран Азии и Европы, штаб-квартир транснациональных корпораций, финансовых и страховых компаний….
 Особая роль отводится острову Русский, который в перспективе может стать площадкой международного сотрудничества, где для каждого из сообщества АТЭС может быть предоставлена в долгосрочную аренду территория для представления национальной культуры, экономических достижений и народа, и здесь же размещаются представительства городов России, демонстрирующих всё разнообразие культуры страны. В усечённом виде и на короткое время эта идея сегодня реализуется как «улиц Дальнего Востока», а могла бы быть реализована в соприкосновении и взаимодействии культур Европы и Азии, что и по масштабу, и по результату будет превосходить значительно.

Владивостокская агломерация

Владивостокская агломерация в нынешних границах (два городских и два муниципальных района), при невнятной постановке задач, не способна придать импульс динамичного развития Дальнему Востоку. Агломерационными (субурбанизационными) связями реально охвачен сегодня весь юг Приморского края: 13 муниципальных образований на территории в 23,6 тысячи квадратных километров с населением в 1,4 миллиона человек. Именно здесь возможно достижение максимального экономического (а значит и политического) эффекта, если на ближайшие 10 лет предусмотреть концентрацию всех преференций, закреплённых законами о ТОРах, Свободном порте Владивосток, «Дальневосточном гектаре», и в кратчайшие сроки обеспечить прирост социально-инфраструктурного потенциала этой территории и инфраструктуры будущих портов. Такой заход позволяет повысить эффективность инфраструктурных обязательств государства, это станет привлекательным для инвесторов, а ясное понимание ближайшей перспективы станет стимулом для живущего здесь населения и мигрантов.
Федеральный закон: «Об особом миграционном режиме» в границах Владивостокской агломерации, который должен быть предусмотрен в Национальной программе, должен «работать» не только на ускоренный прирост здесь населения, но и на формирование эффективной миграционной политики для страны.

Приток населения позволит реализовать крупные инвестиционные проекты по развитию новых портов. Но не «портиков» по перевалке угля, а таких, чтобы они по масштабам и конкурентоспособности не уступали Пусану, Даляню, Шанхаю, Сингапуру. Наращивая скорости и пропускную способность Транссиба и БАМ, Россия может стать наиболее привлекательной для грузовых и пассажирских потоков между востоком и западом. Началом реальных кластеров в Национальной программе должны стать судостроение, подводная робототехника, производство морских платформ, что потянет за собой развитие морского машиностроения, металлургии, и многое другое.

Необходимо переосмыслить и роль Владивостока в его нынешних административных границах. Идея увеличить грузооборот порта вдвое сулит рост налоговой базы и бюджета города. Но 30 и даже 40 миллионов тонн порта Владивосток не сопоставимы с портами Кореи, Китая, тогда как затраты на решение транспортных проблем вряд ли улучшат жизнь горожан. Возможно более перспективным вариантом будет специализация полуострова преимущественно на туристической деятельности, а это уже совсем иные решения. Потребуется последовательно выводить промышленные предприятия с акватории бухты Золотой Рог, её рекультивация с доведением до состояния близкого к первоначальным природным условиям. И тогда не вызовет сомнений необходимость вывода и портовых мощностей, потому что для города специализация на пассажирских перевозках и туристско-рекреационной деятельности может стать наиболее востребованной.

Национальные идеи, или всё же?

На отсутствие идей и предложений сегодня Владивостоку жаловаться не приходится. Нам предлагают свои проекты японские, корейские и китайские компании, подвизаются столичные (КБ «Стрелка»), региональные (омский ИТП «Град») дизайнерские и проектные организации, заказчиком выступает АО «Агентство ипотечного кредитования жилья»… Более того, Минвостокразвития для глав субъектов Федерации, чтобы те смогли сформулировать предложения в Национальную программу, пригласили специалистов из международной аудиторской компании Ernst & Young Global Limited (EYG)…

Но одним не нужен здесь российский город-конкурент (достаточно вспомнить риски для Владивостока, когда обсуждался проект «Туманган» с многомиллионным городом на стыке границ трёх государств), другие просто не осознают масштаба мегарегиона и роли России в нём.
Жители (в том числе, работающие в системе исполнительной и законодательной власти) края и городов с удовольствием вовлечены в текучку, а к будущему, а тем более к миссии, относятся как к нездоровым фантазиям. За разработку стратегических документов отдают без сожаления бюджетные деньги, чаще сторонним организациям, которые знакомятся с проблемами территории по ходу написания документа. «Нет пророков в своём отечестве», а чужой авторитет выше, хотя импортируемые идеи не новы (часто повторяют то, что здесь обсуждалось уже 20 лет назад), как правило, без креатива и без глубокого погружения в происходящее на площадке стратегирования.

В предложениях инвесторов, которые охотно воспользуются льготами, заложена собственная стратегия, но из суммы частных стратегий никогда не сложится стратегия развития территории. Всё в точности наоборот: только при наличии общей стратегии, следовать которой позволяет наличие воли, можно определить, кто из инвесторов вписывается в неё, и может претендовать на льготы, а кто ни при каких условиях резидентом свободного порта или территории опережающего развития не может стать. Не может быть никаких ограничений на открытие здесь бизнеса, но на льготный режим может рассчитывать только тот, кто вписывается в стратегию развития территории, отвечает целям её ускоренного развития.

Важное обстоятельство, на которое обратил внимание китайский миллиардер, выступая модератором одной из сессий Восточного экономического форума в 2017 году, о чём наш президент, кстати, обещал подумать. Речь о том, где принимаются решения: все ключевые решения принимаются в Москве, что по оперативности, а иногда и по существу, делает такое решение для Дальнего Востока малозначимым (возможно поэтому, многие из них не исполнимы). В этой связи напрашивается разработка варианта принятия решения по принципу «двух ключей», когда инициатива и продвижение проекта исходит от региона, а окончательное решение принимается по согласованию с Москвой. Причём такие решения могут относиться как к вопросам регионального содержания, так и международным.

Давайте это сделаем!

Не отказываясь и с благодарностью принимая предложения наших соседей, следует помнить, что, решая частные вопросы, всегда будешь натыкаться на общие.

Поэтому постановка вопроса о Мировом городе на востоке России вполне уместна, и задача состоит в том, чтобы обеспечить существенный прирост численности населения. Стратегическим направлением должно стать максимально лояльное отношение и приглашение сюда крупных транснациональных компаний и международных организаций; для страны с таким количеством часовых поясов необходимо формировать здесь мировой финансовый центр; масштабы занимаемой территории и береговой линии позволяют ставить задачу о возрождении центра обрабатывающей промышленности в мировом масштабе; у Владивостокской агломерации есть потенциал, позволяющий сделать её крупным транспортным и коммуникационным узлом международного значения; ничто не мешает нам создать здесь высокоразвитую сферу деловых услуг; федеральный университет из Дальневосточного постепенно должен превратиться в Российский Азиатско-Тихоокеанский университет, в котором будет учиться до 150 тысяч человек, половину из которых составят студенты из азиатских стран.

Только так можно будет обеспечить динамику развития российского Дальнего Востока, а успешная реализация пилотных проектов позволит распространить их на всю Россию.

Реализация задуманного

При той институциональной и финансовой поддержке региона, которую федеральный центр оказывал последние 10 лет, казалось бы, от инвесторов не должно быть отбоя, а вслед за ними сюда должны устремиться мигранты. Но этого не происходит. И в 2018 году и 2019 население Приморского края (как и всего Дальнего Востока) продолжило уменьшаться. Сокращение численности происходит преимущественно за счёт естественной убыли, но и по причине миграционного оттока, что объясняется, главным образом, сформировавшейся демографической структурой за последние три десятилетия (Приморский край потерял за это время более 400 тысяч населения, Дальний Восток – более 2 миллионов). Принято более 20 решений на самом высоком уровне, в 2017 году утверждена Концепция демографической политики для региона до 2035 года, согласно которой прирост для всего макрорегиона ожидается в пределах 0,5%, но пока тенденцию убыли населения преодолеть не удаётся.

Инвестиционная ситуация в крае характеризуется в разработанной Стратегии Приморского края (НИУ Высшей школы экономики). Приморье в 2016 году занимало 78 место в стране и последнее в ДФО, по инвестиционному рейтингу – 74 место в стране и последнее в ДФО. За 10 лет край значительно ухудшил свой рейтинг – переместился с 59 на 78 место в стране и с восьмого – на последнее в ДФО. Производительность труда в Приморском крае за 10 лет выросла в 2,9 раза, в 2016 году составила 747,00 тыс. рублей ВРП на одного занятого, что ниже среднероссийского показателя (956,65 тыс. рублей), и показателя по ДФО (1189,11 тыс. рублей). Фондоотдача в экономике края за 10 лет снизилась с 0,45 до 0,24, как и в ДФО (с 0,43 до 0,32), и в целом по стране (с 0,47 до 0,38).

Поступление налогов, сборов и иных обязательных платежей в консолидированный бюджет Российской Федерации на одного занятого в экономике Приморского края с 2007 года выросло в 2,4 раза, край занимает 42 место в стране по этому показателю, и 8 в ДФО. Поступление платежей в бюджет на одного занятого в экономике с территории Приморского края составляет 100,27 тыс. рублей, что практически в два раза ниже, чем в среднем по России и в среднем по ДФО. По объёму инвестиций в основной капитал на одного занятого в экономике Приморский край значительно отстаёт от показателя по Дальневосточному федеральному округу и от среднероссийского показателя. Инвестиционное обеспечение занятых в экономике края в 2016 году было самым низким в ДФО и составило 125,20 тыс. рублей на одного занятого (50 место в стране), хотя и выросло за 10 лет почти в три раза (в 2007 году край был на 75 месте в стране). Возможность обновления основных фондов (отношение инвестиций к стоимости основных фондов) у Приморского края ниже, чем в среднем по России на четыре процентных пункта и по сравнению с 2007 года снизилась с 7,43% до 3,95%, край по этому показателю занимает 84 место в стране и последнее в ДФО.

Сколько бы не повторяли, что необходимо «опережающее развитие», что нужно поднимать промышленность, каждый раз непреодолимым барьером остаётся низкий уровень освоения инновационной продукции. Удельный вес инновационной продукции в объёме ВРП в крае составляет 0,16%, что почти в 40 раз ниже, чем в среднем по стране (71 место в России) и в 12 раз ниже, чем в среднем по Дальневосточному федеральному округу (7 место). За 10 лет этот показатель в крае снизился в два раза. Удельный вес инновационной продукции на одного занятого в экономике края значительно ниже, чем в среднем по России и по ДФО: составляет 1,18 тысячи рублей на одного занятого, что в 51 раз ниже, чем среднем по стране (71 место в России) и почти в 20 раз ниже, чем в среднем по ДФО (7 место).

Восточный экономический форум

Площадка Восточного экономического форума пока больше похожа на один из инфраструктурных элементов, удобный для обсуждения масштабных вопросов, но которые с таким же успехом могли бы проходить в любом другом месте. Но судя по тому, как меняется повестка дня форума, начиная с 2015 года, можно увидеть, что содержательно они постепенно вытесняют традиционные проблемы торговых отношений. Достаточно перечислить темы дискуссионных площадок, где обсуждались международные проекты: Космос, Арктика, Мировой океан; Культура; Энергетическое сотрудничество в Северо-Восточной Азии; Международный медицинский кластер во Владивостоке; Переосмыслить образование во имя будущего рабочих всего мира; Портовая инфраструктура; Будущее рынка труда Дальнего Востока; Мировой океан: ресурсы без границ; Дальний Восток как центр экономического сотрудничества с АТР: диалог бизнеса и власти; Форпосты науки.

Миссия Восточного экономического форума в перспективе столетия в том, чтобы Дальний Восток мог на основе своего природно-ресурсного потенциала занять лидирующую позицию в Азиатско-Тихоокеанском регионе за счёт приоритетного развития в области освоения Мирового океана, космического пространства и выстраивания интеграционных связей между европейской и азиатской культурами . Это те сферы, где российский авторитет пока остаётся неоспоримым, потребность в результатах которых ощущают многие страны АТР, а возможности кооперации просматривается на десятилетия вперёд.

Поэтому ВЭФ – площадка интеграционного взаимодействия России со странами АТР, где наша роль может быть принципиально иной. Не встраиваться в существующие альянсы с их правилами, а формировать принципиально новые модели наднациональных кластеров в тех сферах, где наше лидерство бесспорно. Текущая деятельность бизнеса будет оцениваться не сиюминутной прибылью, или политической конъюнктурой, а исходя из долгосрочных стратегических задач, требующих объединения усилий многих стран. Поиск и формирование сфер совместной деятельности устраняет причины для конфронтации и конфликтности, а альтернативой конкуренции становятся согласованные действия, эффективность и результативность которых заведомо многократно выше. И это главное, что может стать центральным вопросом повестки Восточного экономического форума.

Проекты, реализуемые в последние годы на территории Дальнего Востока, беспрецедентны, и в этом заслуга креативной команды управленцев. Но этим проектам не достаёт системности, что отражается на результатах. Ситуацию может изменить масштабный и целостный проект, который объединил бы всё, что до сих пор предпринималось в организационном, управленческом, финансовом, законодательном планах. Нужна концентрация ресурсов на небольшом пространстве для обеспечения решения в относительно короткие сроки. Таким проектом, идея и параметры которого могут быть предметом обсуждения очередного форума, является создание российского Мирового города в Азиатско-Тихоокеанском регионе, своеобразной Восточной столицы России в границах Владивостокской агломерации. Это позволит скоординировать действия города, бизнеса и государства по созданию современной транспортной инфраструктуры с системой высокотехнологичных портов с объёмами перевалки, адекватными их расположению в международном экономическом пространстве, по возрождению национального судоходства с судами под российским флагом. Проект потребует обоснования конкретными параметрами привлекаемых ресурсов, сроками и адресной ответственностью, что позволит понять кого, зачем и с чем приглашать для его реализации. У такой задачи появляется точная цель, достижение которой обеспечивается набором преференций для инвесторов. Важность привлекаемых объёмов инвестиций не снижается, а критериями становятся уровень пришедших сюда технологий, квалификации кадров, обеспечивающих высочайший уровень производительности труда. Любые другие виды деятельности, которые «не запрещены законом» имеют право на реализацию здесь, но все риски остаются бизнесу.

Масштаб такого стратегического замысла, очевидно, будет вызывать доверие потенциальных партнёров, послужит надёжным сигналом для понимания наших долговременных намерений, а значит может стать основанием для размещения здесь их представительств, управленческих структур, прихода сюда надолго. Всё это могло бы послужить основой обращения Президента России, и итогового документа, который войдет в историю как Владивостокская декларация «О новой доктрине Азиатско-Тихоокеанского партнёрства».

Первоочередные задачи

1. Приступить к формированию Мирового города на Востоке России (Восточной столицы России), который будет не только сопоставим, но и превосходить по своим параметрам азиатские города Сингапур, Шанхай, Гонконг, Сеул, Далянь и другие, которые достигли нынешнего уровня за несколько последних десятилетий.
2. Создать эффективную национальную транспортно-логистическую инфраструктуру с морскими портами на современном международном уровне технологий и спроса (в том числе по грузооборотам, производительности и экологичности на уровне, сопоставимом или превосходящим современные порты на Тихоокеанском побережье).
3. Проработать функции и разместить здесь штаб-квартиру поддержки развития морской деятельности и национального судоходства, осуществляющей координацию и управление на прибрежной территории Дальнего Востока и национальной акватории в 5,5 млн. кв. км в целях поддержки статуса России как морской державы и обеспечения национальной безопасности.
4. На базе Центра судостроения в Большом Камне начать формирование территориально-производственного комплекса: от разведки и добычи руды до металлургического производства. Относительно небольшие объёмы металлопроката из Южной Кореи – явление временное, что обусловлено кризисом судостроения там. Уйти от зависимости от импорта можно только развивая собственное производство.
5. Задача преодоления дефицита квалифицированных кадров, объясняемая убывающим населением и снижающимся качеством образования, усугубляется рукотворной проблемой слияния гуманитарного и политехнического образования. Вопрос требует глубокого изучения и решения по формированию во Владивостоке трёх федеральных университетов: гуманитарного (на острове Русский), политехнического (в Большом Камне), и морского (во Владивостоке). С одной стороны, выпускники каждого из них сегодня востребованы и в стране, и за её пределами, а с другой – каждый из них мог бы значительно увеличить приём иностранных студентов: кто-то, получив образование, мог бы работать у нас, кто-то стал бы агентом влияния в своих странах.
6. Бурное развитие морской инфраструктуры и портовых мощностей потребует синхронизации технического перевооружения железнодорожных магистралей: Транссиба и БАМ, а также транспортно-логистической составляющей для существенного наращивания грузооборота. При этом в развитии важно добиться соблюдения пропорций между тремя составляющими: скорость-сервис-сохранность.
7. Остаётся открытым вопрос выбора приоритетов регионального развития. На какие виды деятельности делать ставку: любые произведённые у нас товары неконкурентоспособны на внешнем рынке, и у этого есть основания. Выход: специализироваться на том, в чём нуждаются практически все страны, но не производят у себя, а наш авторитет и опыт в этих сферах неоспорим. Таких приоритетов не много, и в Национальной программе они должны стать вектором развития: космос, океан и культура. Триада, которая может придать импульс развития Дальнему Востоку, многим регионам России, и стать основой для организации интеграционных связей со странами АТЭС на принципиально новой экономической платформе.
8. Долгосрочные цели и открывающиеся перспективы могут стать наиболее сильным аргументом в решении демографических проблем. Ничто так не будет удерживать человека здесь, и ничто так не будет привлекать тех, кто захочет сюда приехать, как ясное представление о целевых установках и последовательное движение к их осуществлению, которое обеспечивают властные структуры сверху донизу. Люди не будут отсюда уезжать, и люди захотят сюда приехать, если увидят, что вся страна работает на реализацию поставленных задач.
9. Важнейшим принципом демографической политики региона должно стать понимание, что в каждом родившимся здесь заинтересованы не только родители, но и государство, которое поощряет рождаемость, поддерживает на высоком уровне материальное положение многодетных семей. Преодолеть демографическую яму предыдущих десятилетий за счёт естественного воспроизводства удастся только в более отдалённой перспективе. Поэтому миграционная политика в том, чтобы с одной стороны ориентироваться на соотечественников, а с другой – за счёт организованного набора мигрантов обеспечить значительный прирост социально-инфраструктурного потенциала, что повышает привлекательность территории.
10. Земельный вопрос является камнем преткновения в решении любых задач: организации бизнеса, жилищного строительства, прокладки дорог и многого другого. Ситуацию усугубляют законы о ТОРах, Свободном порте, «Дальневосточном гектаре». На повестку дня в национальном масштабе встает вопрос о Генеральных планах развития территорий. Принятая недавно Стратегия пространственного развития также не решает эту проблему. Поэтому новый механизм территориального планирования в рамках Национальной программы целесообразно отработать на относительно небольшой территории, в данном случае – Владивостокской агломерации, что потом можно будет распространить на остальные территории.
11. Остров Русский должен занять достойное место в Национальной программе. Необходимо принципиальное изменение подхода к определению будущего этой территории, позиционируя её как площадку международного взаимодействия – модель новых интеграционных связей между странами АТЭС. Первый и самый болезненный вопрос, требующий законодательного решения: в чьём ведении находится остров: какая его часть остаётся у Министерства обороны, и что переходит в ведение города. Не менее важный вопрос о размещении технопарка «Русский» для «размещения российских и зарубежных высокотехнологичных компаний»: у Дальневосточного отделения Российской Академии наук, в активе которого только и есть что предложить для развития высоких технологий, обрезают финансирование и территорию, а на базе ДВФУ и филиала Сколково пытаются создавать мифические технологии. Безконфликтное решение видится в укреплении и расширении научно-исследовательской базы ДВО РАН, на которой в том числе могло бы проходить практическое обучение студентов ДВФУ, тогда как потенциал академических учёных должен быть вовлечён в преподавательскую деятельность университета. Такой вариант позволяет, с одной стороны, более эффективно использовать бюджетные деньги и сократить затраты на реализацию таких проектов, а с другой – успеть ещё передать живой опыт интеллектуального потенциала, который, в силу естественных причин, уходит безвозвратно.

Рассматривались разные варианты Концепции развития острова Русский. Внедрялся режим Особой экономической зоны, на который не отреагировал ни один инвестор, потом переквалифицировали в территорию опережающего развития, но «развитие» не очень получилось.
Но остров Русский может принципиально изменить отношение к Дальнему Востоку и России в целом со стороны ближайших и более дальних соседей в этой части планеты. Достаточно увидеть остров как площадку международных коммуникаций, идею которого президент России на очередном саммите АТЭС (хорошо, если это вновь будет на Русском) представит перед участниками из 20 стран и предложит им разместить на острове свои культурные центры. И Россия здесь же размещает экспозицию своих регионов и городов, демонстрируя всё многообразие архитектуры, науки, быта нашей страны. То есть на относительно обособленной территории может быть обеспечена встреча разнообразия и многоликости азиатской и европейской культур, когда источниками инвестиций станут государственные, муниципальные и частные вложения стран АТЭС и субъектов и городов России.

Важно осознать, что опираться можно на те ресурсы, которые есть здесь и сейчас. И таким ресурсом для нас является 300-миллионное окружение ближайших соседей Владивостока, которые хотели бы увидеть у нас то, чего больше не увидят нигде. Где ещё есть такое фортификационное сооружение, каким является Владивостокская крепость? А если здесь будет представлено всё многообразие российской культуры, появится возможность проехать по «малому» Транссибу, побывать в федеральном университете или в океанариуме, уже только это составить программу туристического маршрута на 3-4 дня.

И университет здесь на месте: молодёжный туризм из стран АТР расширяет возможности привлечения будущих студентов, а Дальний Восток имеет шанс получить «своих» будущих партнёров в этих странах, а кто-то останется здесь – реальный источник квалифицированной рабочей силы для региона с убывающим населением.

Особую статью перспективных направлений развития острова представляет взаимодействие с Министерством обороны. Эта работа требует глубокого изучения и расчёта будущих затрат, но одним из возможных направлений такого взаимодействия могло бы стать последовательное перемещение всех объектов военной инфраструктуры из города в бухту Холуай. Так же, как, например, в Сан-Диего остров Коронадо является одной частью местом жилья и отдыха для горожан, другой – крупной военно-морской базой. Но это предмет обсуждения и принятия решения специалистов.

Создание на Русском места встречи двух культур – европейской и азиатской, размещение здесь наиболее узнаваемых абрисов городов стран АТЭС и России – сделает Владивосток хорошим местом притяжения для туристов и многочисленных событийных мероприятий. Впрочем, и рядом с бухтой Муравьиной, где расположилась игорная зона, есть несколько тысяч гектаров земли, там можно организовать национальный парк флоры и фауны Дальнего Востока или хотя бы Уссурийской тайги, где можно было бы увидеть амурского тигра и леопарда. Такой популярностью сегодня у горожан пользуется Ботанический сад-институт ДВО РАН, занимающий крошечную территорию. Поэтому в программе предусматривается и игорная зона, и остров Русский, и национальный парк, и спелеотуризм, и маршруты в таёжные районы Приморья, экологический и этнографический туризм, рыболовный и сельский туризм, прибавьте сюда пляжный отдых и всё, что связано с морем.

Нужен центр стратегического развития

Как показывает практика последних десятилетий, ни академические институты, ни региональные вузы, к сожалению, на решение этих задач не нацелены. Для управленческого аппарата субъекта Федерации в любом статусе это тоже задача неподъёмная. Большие дискуссионные площадки годятся разве для того, чтобы похоронить любую свежую идею, ровно так же, как общественные советы нужны уже на стадии обсуждения тех или иных вариантов развития. Принципиально недопустимо «заказывать» стратегию региона у сторонних организаций, которые, как правило, знакомятся с его проблемами по ходу изучения технического задания на разработку, вписывая ответы из трафарета, даже не всегда успевая заменить название одной территории на другую.

Поэтому необходимо возрождение интеллектуального центра здесь на месте, задачей которого будет выработка стратегической линии развития края в интересах России и на благо жителей региона. Будущее страны будет определяться теми решениями, которые принимаются сегодня. И непросто за множеством текущих проблем и соблазнительных проектов разглядеть, а главное, удержать единственно правильное стратегическое направление. Из совокупности частных стратегических планов вряд ли когда-нибудь удастся сложить такую Стратегию региона, которая бы отвечала интересам его жителей и страны в целом. Именно поэтому пока не удаётся обеспечить динамику развития ни Владивостоку, ни Приморскому краю, ни Дальнему Востоку, да и стране в целом.

Всё это (на первом шаге) должно стать предметом обсуждения созданного при губернаторе Стратегического Совета из числа признанных в Приморском крае авторитетных людей. В начале 90-х так разрабатывалась Концепция развития Южного Приморья (проект «Большой Владивосток»). В 2000-х благодаря созданному при губернаторе Тихоокеанского центра стратегических разработок идея форума АТЭС в 2012 году реализовалась. Такие центры функционируют в Северо-Западном и Приволжском федеральных округах, в Красноярске, Москве. У нас такой структуры давно нет, но остались еще те, кто все эти годы формировал понимание будущего города и края: академики П.Я. Бакланов и В.Л. Ларин, профессора В.В. Аникеев, А.П. Латкин (ВГУЭС), В.Г. Белкин, М.В. Холоша (ДВФУ), В.В. Горчаков (Таможенная Академия), Я.Н. Семенихин (ДНИИМФ)… В этом ряду есть ещё достойные люди, но, к сожалению, таких остаётся всё меньше.

Разработка Национальной программы развития Дальнего Востока нуждается в профессиональной дискуссии по многим направлениям, в глубокой проработке всех «за» и «против», а ещё нужна политическая воля для реализации задуманного, с тем чтобы наконец начали сбываться пророчества наших предшественников о том, что богатство России будет прирастать Сибирью, и она таки будет владеть Востоком! Но любое предложение необходимо рассматривать с учётом всех обстоятельств, улучшающих условия жизнедеятельности населения. Тогда и люди будут голосовать осознано, понимая не только сиюминутную выгоду, но и стратегический замысел, реализуемый в том числе в интересах их внуков и правнуков.

Юрий АВДЕЕВ

Кстати…
Признать особый статус Владивостока и закрепить его в Конституции предложил депутат Думы города Василий Васильев. По мнению представителя ЛДПР, статус города федерального значения фактически отделит столицу Приморья и её бюджет от остального края.

Это предложение ЛДПР прозвучало во Владивостоке на митинге 23 февраля, а 27 февраля было направлено уже официальное обращение в рабочую группу по внесению поправок в Конституцию. Депутат от ЛДПР предложил внести поправку в абзац 5 части 1 статьи 65 Конституции Российской Федерации: признать Владивосток городом федерального значения наряду с Москвой, Санкт-Петербургом и Севастополем.

Василий Васильев аргументирует своё предложение необходимостью создать точку притяжения на Дальнем Востоке: «Сегодня мы теряем население с катастрофической скоростью. Нужны иные меры. Москва слишком далеко, и на Дальнем Востоке должна быть некая точка позитивной децентрализации, точка развития. Владивосток может ей стать, получив статус города федерального значения. Политически, помимо более широких административных возможностей для города, это даст положительный эффект для всех регионов Дальневосточного федерального округа, являясь по сути неким актом признания важности Дальнего Востока в целом. Экономически – это иные бюджетные полномочия, которые позволят выбраться из периферии национальной экономики за счёт дополнительной экономической свободы».

Как сообщают СМИ, политологи отнеслись к данному предложению со скепсисом. Так, кандидат политических наук, доцент Восточного института ДВФУ Виктор Бурлаков не понимает цели и задачи подобной инициативы: «Мы, конечно, можем сделать хоть городом федерального значения, хоть вообще отсоединить от России, но вопрос, зачем это нужно? Да, Владивосток в бюджетном плане является донором Приморского края, но так почти по всем субъектам Федерации. И почему вдруг Владивосток должен стать исключением и выделиться из состава края? Потом, это неконституционная поправка, она иного свойства. Изменение административно-территориального деления сопряжено со многими юридическими тонкостями, референдумом на местном уровне. Длительная процедура. Ни одно юридическое управление или консультант такое предложение не пропустит. Если бы всё было так просто — давно бы статус поменяли».

Политолог Вячеслав Беляков считает, что город федерального значения — не какой-то специальный статус, показывающий признание или особое значение, а просто одна из форм административного деления внутри Российской Федерации. Это может быть выгодно Владивостоку, но вряд ли на подобный шаг кто-то пойдёт.
«Владивосток тогда станет субъектом совсем других межбюджетных отношений, а Приморье будет гораздо беднее, – отмечает Беляков. – Двум новым регионам придётся выбирать новых глав, и мне было бы интересно, что захотел бы возглавить Олег Кожемяко – Владивосток или Приморский край. Но, шансы, что федеративное устройство изменят и выделят Владивосток в отдельный город федерального значения, на мой взгляд, стремятся к нулю. Что до инициативы ЛДПР – это ни что иное, как попытка заработать политические очки на владивостокском патриотизме и нашем чувстве собственной исключительности. Никаких реальных последствий у такой инициативы, как мне кажется, нет».

Похожие записи


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>