Почерк архитектора Александра Порецкова на улицах Владивостока

В конце 1920-х годов в Дальневосточном крае с центром в Хабаровске, было решено организовать строительную проектно-сметную контору. Край охватывал всё тихоокеанское побережье – от Владивостока до Камчатки. Приморская область (ныне Приморский край) также входила в его состав. Местом размещения учреждения выбрали Владивосток. Для работы конторы требовались грамотные специалисты, однако в достаточном количестве в крае их не было. Поэтому на договорной основе кадры привлекали из Харькова, Москвы, Минска и других крупных городов. Так в начале 30-х годов во Владивостоке начал работать свой проектно-сметный трест. Одним из известных талантливых архитекторов первых десятилетий советского периода истории Владивостока был Александр Иванович Порецков (1906–1962), уроженец села Вязовка в Саратовской губернии, вспоминает «Тихоокеанская Россия».

Впервые он приехал в город в 1934 году на преддипломную практику, будучи пятикурсником Ленинградского инженерно-строительного института. Срок практики был небольшой, Порецков участвовал лишь как соавтор и помощник в некоторых разработках Дальпроекта (такое название получила контора). Через полгода, окончив институт, Порецков вернулся в Дальпроект и посвятил зодчеству Владивостока полтора десятилетия. Творческую работу начал, когда коллектив занимался расчётами и чертежами новых жилых домов и общественных зданий. На первых порах работал с Н.С. Рябовым и однокурсником Н.А. Бигачевым.

Это время было отмечено рядом особенностей в развитии советской архитектуры, характеризовавшихся поисками новой стилевой направленности. Существовавшие новаторские творческие организации ВОПРА (Всероссийское объединение пролетарских архитекторов), АСНОВА (Ассоциация новых архитекторов) и другие отстаивали концепцию пролетарской классовой архитектуры, призванной обслуживать новый коллективный быт. Они стремились к созданию художественно-выразительной архитектурной формы в синтезе с пластическими искусствами на основе новейших строительных материалов и конструкций, с учётом психофизиологических закономерностей восприятия объёма, пространства, цвета. По убеждению членов этих организаций, в архитектуре должен был отражаться один из главных принципов социалистического общества – всеобщее равенство. Это сказалось, в частности, в построенных в Москве «домах-коммунах» и ряде других зданий. При этом архитекторы не избегали стиля конструктивизма, уже господствовавшего на Западе. Сторонники конструктивизма в советском искусстве выдвигали и стремились реализовать задачу устройства материальной среды, окружающей человека, таким образом, чтобы новая техника использовалась для создания простых, логичных, функционально оправданных форм, целесообразных конструкций, добиваться максимальной выразительности и закономерности форм, к обнажению их технической основы. Помимо архитектуры, это направление охватывало конструирование мебели, посуды, моделей одежды, рисунков для тканей; отразилось в конструировании книги, декораций театральных спектаклей; оно ярко просматривается в советском плакате, живописи, скульптуре тех лет.

Однако нельзя не отметить, что идеологические основы устройства жизни в СССР, перенесённые в архитектурное творчество, позволявшие выразить пафос существующей социальной действительности, всё же входили в противоречие с классической архитектурой, сохранявшейся в работах И.В. Жолтовского, И.А. Фомина и других авторов, считавших, что классическое наследие может соответствовать советской архитектуре, и воплощавших свои идеи в проектах жилых зданий и общественных сооружений прежде всего в Москве. Но это встречало противодействие со стороны абсолютных приверженцев архитектурного конструктивизма, хотя ни та, ни другая тенденция не могла быть господствующей, что особенно проявилось в конкурсе проектов Дворца Советов.

Будучи помощником авторов, занимавшихся новыми проектами, А.И. Порецков старался в работах, в которых он участвовал, судя по результатам, учесть эти противоречивые тенденции. Это отразилось, например, в проектах заказного жилья – трёх многоэтажных домов на улице Суйфунской (ныне имени Суханова), привязанных к месту на основе типовых проектов, выполненных инженером Прокуровым, уехавшим из Владивостока ранее окончания строительства. Поэтому, хотя внешнее оформление зданий разрабатывал Рябов и ему помогал Порецков, но именно почерк Александра Ивановича оказался заметен сильнее – он рекомендовал декорировать фасады элементами, не применявшимися ранее. Так, для повышения монументальности одного из зданий было решено сделать аттиковый этаж, увеличивший высоту сооружения и, соответственно, потребовавший устройство крыши со скатом во двор. Это позволило оформить фасад монументальными деталями, в частности барельефом, придавшими зданию современное звучание.

Одновременно Порецков в соавторстве с Рябовым участвовал в проектировании жилого дома с общественным назначением цокольного этажа – под кафе – на улице Дзержинского (ныне Фонтанная). Площадка под здание представляла крутой склон, что требовало соответствующего решения. С этой задачей архитекторы справились. Затем А.И. Порецков и Н.А. Бигачев получили задание на разработку проектов двух многоквартирных домов повышенной этажности на улице 25-го Октября (ныне Алеутская, 17 и 19). Первое здание было построено в 1937–1940 годах. Работа была очень сложная, поскольку отсутствовал опыт возведения таких высоких зданий – в семь и восемь этажей, и требовалась скрупулёзная проработка множества технических задач. Первый дом, № 17 (архитектор А.И. Порецков), известный сегодня горожанам как «серая лошадь», предназначался для сотрудников одной из частей железнодорожных войск. Военные выступали и как заказчик, и как подрядчик, в то же время выполняя строительную работу своими силами и средствами, для чего привлекались красноармейцы срочной службы. Но поскольку они умели прежде всего строить железные дороги, то необходимо было обучить их новому делу, и для этого с ними провели соответствующие курсы.
Проектирование зданий началось одновременно с освоением площадок под них, поэтому на практике было много трудностей. Возникали и другие, казалось бы, простые вопросы. Например, как устроить в восьмиэтажном доме мусоропровод. Тогда мусоропроводы проектировали двух типов. Один делали на кухне или лестничной клетке. По нему бытовые отходы сбрасывали в подвал, где устраивался огневой очаг. Или же собирали в бункер, а затем вывозили на свалку. Мусоропровод выполнялся из материала с гладкой поверхностью, исключавшей прилипание отбросов. Особенную трудность представляла приёмная часть – надо было сделать так, чтобы она не забивалась.
Как шло строительство? Очевидцы рассказывают, что за три-четыре недели возводился целый этаж, за несколько дней выполнялись перекрытия. Таким образом, примерно за 18 месяцев здание было готово. На завершающей последний этаж колоннаде установили скульптуры пограничника, лётчика, шахтёра и колхозницы – символы города, Приморской области и всего Дальневосточного края. Ещё одним новаторством стало устройство плоской крыши-террасы. Предполагалось, что с 5-го этажа легко спуститься прогуляться во двор, зато тем, кто живет выше – лучше отдохнуть на крыше-террасе. Там можно посадить кустарник, цветы, там можно подышать свежим воздухом, любуясь бухтой Золотой Рог и кораблями с высоты птичьего полёта.

Фасадный облик здания тоже приобрёл нетипичную для Владивостока обработку: вместо штукатурки с последующей побелкой известковым раствором была предложена терразитовая цветная штукатурка с применением мраморной крошки. Это придало высокую декоративность фасадному облику, усилило монументальность здания, повысило долговечность штукатурки. Крошку получали, дробя мрамор на мелкую щебёнку.

Также фасад был расчленён выступающими объёмами лестничных клеток (средняя как раз и завершена над карнизом монументальной колоннадой с фигурами на антаблементе), создающими впечатление ещё большей высоты всего здания.

В воинской части, возводившей здание, были, как видим талантливые художники-самоучки. Скульптуры и другие украшения выполнены руками этих людей. Пусть они не имеет высокой художественной ценности, но обогащают архитектурный облик, отражают дух времени. Дом, напомним, находится на склоне Тигровой сопки. Поэтому пришлось сделать сложное устройство террас, соединённых целым рядом пандусов – для подъезда транспорта и лестниц – для пешеходов. С этой задачей строители тоже справились.

Здание предназначалось не только для заселения семьями военных, были и другие цели его использования. Так, на парадном – втором – этаже запланировали большой зал для приёмов. Остальные этажи проектировались по основным строительным нормам и правилам для жилья. Для уменьшения уличного шума здание значительно отодвинуто от проезжей части.

Можно сказать, что архитектурный почерк А.И. Порецкова отразил определенное «военное» настроение, характерное для того времени. Архитектор многое учёл в соответствии с этим: присутствие во внешней отделке «обелисков», «штыков», вознесённые в небо фигуры трудящихся и воина. Это здание и поныне остаётся одной из архитектурных достопримечательностей Владивостока.

В первой половине 40-х годов по проекту А.И. Порецкова надстраиваются два этажа на здании управления морским портом на углу улиц 1-го Мая (ныне Петра Великого) и Ленинской (Светланской). Здание не получило особого стилевого изменения – это заслуга Александра Ивановича: надстроенные этажи похожи на первый, соблюдена монументальность архитектуры, соответствующая положению здания в центре города. В 1946–1947 годах А.И. Порецков занимался проектированием второго дома, соседнего с «серой лошадью» на Алеутской, № 19. По разным сведениям, проект был выполнен без соавторов за два с половиной года.
Сооружения А.И. Порецкова демонстрируют его умение зодчего выполнять сложные и необычные задачи.

Интересно также архитектурное решение административного здания на Светланской, 67. Здесь было применено специальное объёмно-планировочное решение, необычное для архитектуры советского времени: в центральной части запроектированы два высоких пилона, определяющих планировку внутреннего пространства и формирующих фасад. Само здание Г-образной формы, и часть корпуса заходит в глубину двора, врезаясь в крутой склон сопки. Рядом построен трёхэтажный жилой дом, заказанный крайисполкомом. Здесь также не использовались устоявшиеся стандарты. На первом этаже – четыре квартиры, на втором – две, а на последнем квартира занимает весь этаж. Но дом оказался дорогим для жильцов – высокая квартплата, необходимость содержания обслуги и т.д. Поэтому вначале его передали музыкальному, а затем художественному училищу.
Одновременно А.И. Порецков проектировал жилой дом для начальника и сотрудников треста «Приморскуголь» на улице Пушкинской. Композиция была выполнена в соответствии с пожеланиями заказчика: на первом этаже часть помещений для повседневного пользования, а наверху – спальные комнаты. Поскольку и этот дом был повышенной комфортности и, следовательно, проживание в нём стоило дорого, то он со временем перешёл сначала к налоговой инспекции, потом к представительству крайисполкома по работе с иностранцами. Сейчас здесь находится отдел краевой администрации по внешним связям.
В 50-е годы Александр Иванович был приглашён в крайисполком на должность начальника управления по архитектуре и строительству, где и проработал, не прерывая самостоятельного творчества, до отъезда из Владивостока по болезни. Будучи начальником этого отдела, Александр Иванович курировал разработку застройки новых посёлков, городских микрорайонов, что было связано с интенсивным промышленным и сельскохозяйственным развитием края и увязывалось как с производственными задачами, так и удобством проживания населения. С таким расчётом выполнено, например, возведение отдельных домов и жилых микрорайонов для работников комбината «Бор» в Дальнегорском районе. При этом был принят во внимание характер вредного производства.

При отделе, руководимом Порецковым, работал межведомственный экспертный совет по рассмотрению всех строительных проектов. Это была большая и трудная работа: требовалось всё выверить, согласовать, утвердить. Новые предприятия нередко требовали расселения, а то и переселения людей, работавших там. При этом необходимо было учитывать государственные нормы обеспечения населения жильём.

Сегодня можно иронизировать над повсеместно возведёнными в стране малометражками. Но не надо забывать, чем это было вызвано: разрушением всей европейской части нашей страны немецким нашествием, в результате чего миллионы людей жили скученно, без коммунальных удобств. Было много ветхого жилья. Поэтому в широко развернувшемся строительстве использовались местные, по возможности дешёвые, материалы, хотя и не очень долговечные. Такое строительство велось и в Приморье. Развивалось также индивидуальное строительство, для этого выделялись льготные ссуды. В этих условиях у Порецкова было очень много тяжёлой и сложной работы. В то же время сам Александр Иванович не имел благоустроенного «чиновничьего» жилья. Его небольшой дом стоял за корпусом строительного проектного института, в неудобном для застройки месте, сейчас здесь заезд на мост через Золотой Рог.

Как видим, облик Владивостока А.И. Порецков и его коллеги замечательно украсили архитектурно.

Наталья Ошовская,
преподаватель Инженерной школы Дальневосточного Федерального университета

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>