Премьер-министр Дмитрий Медведев 25 мая сказал, что с Дальнего Востока практически прекратился отток населения, информирует «Тихоокеанская Россия».

Позже его слова подтвердил министр по делам Дальнего Востока Александр Галушка и привел конкретные цифры. Это важная новость: если Дмитрий Медведев и Александр Галушка правы, то в регионе сменился многолетний тренд — люди уезжали из региона с 1980-х годов. «Медуза» вместе с сотрудниками НИУ ВШЭ Ильей Кашницким и Никитой Мкртчяном проверила слова премьера и главы профильного министерства.

Цитаты

Дмитрий Медведев, премьер-министр:

«Хочу специально отметить отрадный факт, что за первые месяцы текущего года отток населения с Дальнего Востока сократился практически на порядок. Можно считать, что он практически прекратился».

Александр Галушка, министр по делам Дальнего Востока:

«Отток населения с Дальнего Востока почти прекратился, уменьшившись в январе-феврале 2016 года более чем в 15 раз. За это время численность населения на Дальнем Востоке уменьшилась только на 221 человека. И это — исторический минимум».

Фактчек

Отток населения с Дальнего Востока за первые месяцы 2016 года сократился

Да, это правда. По данным Росстата, за первые месяцы 2016 года отток населения с Дальнего Востока по сравнению с тем же периодом 2015-го действительно сократился.

Отток населения сократился «на порядок», «более чем в 15 раз»

Нет, это неправда. Мы не очень понимаем, откуда Галушка взял данные о том, что население Дальнего Востока за январь-февраль 2016 года уменьшилось на 221 человека. Если суммировать данные территориальных органов Росстата, получается, что за этот период население сократилось на 473 человека.

Но беда не только в этом. Логично предположить, что Александр Галушка использует самые свежие доступные данные, но это не так. В мае уже были доступны отчеты Росстата по миграции населения Дальнего Востока не за два месяца 2016 года, а за три. Если судить по этим данным, отток сократился не в 15 раз, а в 2,5 раза. И в этом случае говорить о сокращении «на порядок» нельзя — в десятичной системе исчисления изменение на порядок предполагает разницу как минимум в 10 раз: например, если раньше из региона люди уезжали тысячами, а теперь уезжают сотнями.

Почему Галушка приводит статистику только за два месяца, неизвестно, но это похоже на классическую манипуляцию данными.

Вывод

Ситуация с оттоком населения с Дальнего Востока не такая радостная, как пытаются представить Дмитрий Медведев и Александр Галушка.

Даже если оставить за скобками использование не самых актуальных данных, судить о миграционных трендах по двум-трем месяцам в году — сомнительная идея. Дело в том, что демографические данные подвержены серьезным сезонным колебаниям — то есть сильно меняются в зависимости от времени года. Например, данные миграционного учета за первые месяцы 2014 года показывали отток населения из Москвы, но к концу года ситуация скорректировалась и вернулась к обычным показателям, мало отличающимся от среднего многолетнего тренда. Можно привести простую метафору: мы не можем судить о погоде в течение суток только по утренней температуре — ведь утром часто холоднее, чем днем. Собственно, пример с Дальним Востоком — отличная иллюстрация: ситуация сильно изменилась от февраля к марту.

Так что пока судить о ситуации с оттоком населения с Дальнего Востока рано — нужно дождаться годовых данных. Поверить в то, что люди действительно прекратили уезжать, сложно: многолетние тренды динамики населения не меняются резко. Отток населения с Дальнего Востока начался еще в 1980-х годах. Все эти годы он был настолько стабильным и масштабным, что в научной литературе даже получил особое название — «западный дрейф».

Материал подготовлен при участии Ильи Кашницкого, стажера-исследователя Института управления социальными процессами НИУ ВШЭ, и Никиты Мкртчяна, кандидата географических наук, ведущего научного сотрудника Института демографии НИУ ВШЭ.