«Я наконец открыл свою почту за шестое число, а мне там пишут: слава богу, всё обошлось. Тем временем я лежал в коме и врачи творили чудеса, собирая меня обратно в человека. Ну, короче, журналисты «не нагнетали». Может, так и надо было поначалу, чтоб не слишком радовать Киев. Но спустя почти месяц можно, наверное, чуть сбавить оптимизма.
Нижегородские врачи и их московские коллеги — кудесники. Из четырёх операций три делали здесь, и на одну прилетел московский специалист, который собрал мне позвоночник заново.
Дело в том, что помимо сломанных в девяти местах ног и позвоночника, у меня сломана грудина, ну и всякие прочие досужие «мелочи» вроде травмы головного мозга. Не скажу, что всё это помогает мне хотя бы в попытках научиться вставать.
Меня поддерживают молитвы неизвестных мне людей и те слова, которые тысячи людей пишут в Сети в мою поддержку. Бойцы и командиры моего батальона на связи. Росгвардия, с которой я заключил контракт, поддерживает. Саша Шубин, погибший рядом со мной, поддерживает с того света.
Спасло чудо. Спасло то, что я сидел за рулём, а взрыв произошёл под тем местом, где сидел Саша, и ему оторвало ноги, и в него прилетели те осколки, что летели в меня.
Спас мой Отец. Мой покойный отец. Мой покойный командир Захарченко. Я не думаю, что тут есть какой-то конечный список. Он огромен.
Есть люди, на которых будет неизбежно идти охота. Уровень Евгения Пригожина мы даже не поднимаем — это их главная мечта. Соловьёв, Скабеева, Симоньян, Артём Шейнин — тут всё ясно.
Мы уже однажды пытались победить терроризм в России и быстро поняли, что пока не взята столица террора, эта работа может вестись лишь с переменным успехом.
Мы живём в обществе, где антивоенная солидарность, быть может, даже выше, чем солидарность людей, которые стоят за нашу армию и за нашу страну.
Я оттого и заключил контракт с Росгвардией на год, чтоб ничего этого не видеть. В первый год войны я никак повлиять на ситуацию не смог. И мне просто надоело всё это видеть.
Это ровно то общество, которое мы 30 лет создавали, а потом вдруг удивились: а чего с нами не так? Я десять лет назад заходил в Кремль и говорил умным людям: для наших молодых все базовые понятия — «армия», «церковь», «Отечество», тем более «СССР» — зашквар. Мне отвечали: наша социология говорит о другом. Потом началась война — и три миллиона молодых специалистов слиняло из страны, а 90% артистов выступило против СВО.
Ну, собственно, вот и вся «социология». Все ж свободны.
Я сегодня пролистал про себя тысячу новостей за месяц. Практически ни в одной из них даже не написано, что я — военнослужащий, майор Росгвардии, замкомандира батальона, а только «публицист Прилепин».
В России за 30 лет создали либерально-буржуазное общество потребления и культа Запада, антисоветизм был почти религией, а западничество — аксиомой.
Что делать вообще со всем этим?
С кино, которое «не заметило» за десять лет донбасской войны, смерти сотен детей, стариков. И продолжает не замечать.
Я десять лет жизни прослужил в силовых и спецструктурах, был на четырёх войнах. Давайте с одного раза угадаем, у кого больше медалей — у меня или у Галкина? Это «их» государство. Мы «у них» в гостях.
Россия должна выстроить новый лево-правый антиамериканский альянс с Латинской Америкой, Африкой, Китаем, Индией, Северной Кореей, Афганистаном, Ираном.
Для начала, чтоб это свершилось, надо хотя бы перестать драпировать мавзолей и рассказывать, что «Ленин создал Украину» и «наделил её русскими территориями». Во-первых, вся Украина — русская территория, и не имеет значения, чего там и куда Ленин наделял, он для начала сделал то, чего мы не сделали, — захватил Киев. И даже пошёл на Варшаву. Во-вторых, в Латинской Америке и в Африке вся эта риторика вообще никому не понятна. Их там почти всех создал Ленин, запустив по всему миру великую антиколониальную борьбу. Они не видят в его поведении ничего плохого. Они его дети.
У нас совершенно застарелая риторика, не отвечающая запросам XXI века. Мы должны возглавить новую антиколониальную борьбу по всей планете и начать новый передел в свою пользу и пользу своих новых друзей. А мы с тоской смотрим на европейских партнёров и ждём: а вдруг они нас простят, а вдруг Зеленский им уже надоел? Так не побеждают».

Стихотворение от монахини Феодосии из Сольбинского монастыря.
………..…………………………
…Ты не муж мне,
не брат,
…Но родней во сто крат-
Тех, кого называют
Семья!…
…Ты не муж мне,
не брат —
Ты — Российский
Солдат,
Тот, кто жизнью
рискнул для меня.
Я тебе — не жена,
не сестра
и не мать,
….Но у Бога
одно лишь прошу:
Чтоб помог он тебе
без потерь воевать,
И свечу с февраля
не гашу. ..
…Я тебя буду ждать!…
Как в лихие года —
ждали дочери
с фронта отцов…
…И ночами не спать…
Ведь тебе там сейчас, —
…Знаю, —
тоже, увы,
не до снов. ..
Ты вернёшься живой!…
…В орденах,
с сединой, -
Я тебя от беды отмолю..!
Ведь с тобою в бою
будет верность моя,
- Верность в ВЕРЕ ,
в Победу твою!
…..Ты держись там,
сынок!
Мой любимый!
Мой брат!
….Трудно,
знаю….
но всё же держись!
Ты — Герой!
Ты — Великий
Российский
Солдат!

И тебе
уготована
Жизнь.

28 октября в 19:00 во владивостокском баре «Шиноару» состоится дегустация, посвящённая винной культуре России и Китая. Вас ждёт экскурс в историю виноделия двух стран от сомелье Анастасии Шевцовой, а также рассказ о влиянии алкоголя на развитие искусства от арт-менеджера галереи «Арка» Марии Максимовой, информирует «Тихоокеанская Россия».

На ужине вы попробуете пять вин из России и Китая в сопровождении пяти блюд от шеф повара ресторана «Миллионка».

Подробности — здесь.

Чжу Ютин (ведущая): По итогам визита С. Абэ в Россию стороны решили перезапустить переговоры, уже много лет находившиеся в застое. По вашему мнению, может ли это привести к прорыву в их территориальном споре?

Люйцю Лувэй (обозреватель): В действительности для этого потребуется довольно значительное время. Как сказал С. Абэ, здесь на самом деле нет никакого чудесного способа, поэтому необходимо начинать долгие переговоры. При этом осуществить перезапуск этих переговоров, в том числе поддерживать бесперебойность переговорного канала, весьма важно. Получится или нет обменять экономическое сотрудничество на суверенитет, будет зависеть от результата переговоров.

Действительно, В.В. Путин после вступления в должность постоянно заявлял о том, что из четырех спорных островов Россия могла бы вернуть Японии два, но все мы знаем, что эти два острова составляют лишь 7% от общей площади четырех островов, поэтому в будущем все будет зависеть о того, по какому варианту, на какой основе будут идти эти переговоры. Для Японии, если она получит только эти два острова, с точки зрения возвращения всех четырех островов это не имеет сколь-нибудь существенного смысла, внутри страны это натолкнется на серьезное противодействие. Поэтому единственным выходом является отказаться от получения этих двух островов и вновь начать переговоры с нуля, что означало бы возврат за стол переговоров на момент 1956 года и повторное начало переговоров. В таком случае, чтобы в конце концов прийти к результату, потребуется очень долгое время.

Кроме того, мы также видим, что С. Абэ, можно сказать, возлагает на В.В. Путина большие надежды, потому что в значительной степени он считает, что В.В. Путин очень авторитетный, а также очень решительный человек. Однако в этом моменте в последние годы В.В. Путин в ходе своего правления сталкивается с множеством сдерживающих факторов. Особенно в будущем, когда он будет принимать решения, если он будет испытывать сопротивление со стороны националистически настроенных людей, в том числе в армейской среде, неизвестно, какое решение в итоге он примет по этому вопросу, иными словами, найдется ли такой жесткий ход, с помощью которого можно было бы принять это решение, все это заслуживает нашего внимания.

Однако есть одна деталь. Очевидно, что Россия очень серьезно относится к укреплению торгово-экономического сотрудничества с Японией. В.В. Путин подарил С. Абэ в подарок бутылку вина, произведенную в 1855 году, а это был год подписания первого соглашения о дружбе и торгово-экономическом сотрудничестве между Японией и Россией. Эта бутылка вина, можно сказать, имеет большое значение в ситуации, когда сейчас обе страны намерены вновь начать торгово-экономическое сотрудничество.

Многие считают, что С. Абэ как бы надеется, что у него получится испортить отношения между Россией и Китаем, однако, по сути, мы видим, что на самом деле Россия также весьма обеспокоена увеличивающимся влиянием быстро развивающегося Китая, особенно в азиатских делах. Поэтому помимо, с одной стороны, развития торгово-экономических связей, а также политических отношений с Китаем, Россия одновременно нашла для себя в лице Японии своего рода партнера и союзника — этот момент, мы видим, Россия просчитывает на далекую перспективу, чтобы укрепиться в Азии по всем направлениям.